Письмо имама Шамиля на листе чинары
Письмо имама Шамиля на листе чинары

В фондах Ставропольского музея хранится необычный документ. В учетных книгах он называется «Лист груши сухой с надписью Шамиля». Листик дерева с арабографичным текстом наклеен на картон с переводом надписи на русский язык: «Наибу Талхику. Предлагаю тебе завтра быть на условленном месте, где я тебе дам надлежащий ответ. Имам Шамиль».

фото 1.jpg

В 2006 году в музей из Москвы приехали корреспонденты телеканала НТВ и записали сюжет о нескольких музейных раритетах, в том числе и о записке имама Шамиля. Сюжет показали по центральному телевидению. И вскоре мы встречали гостью – востоковеда, журналиста, учёного секретаря Института востоковедения Надежду Михайловну Емельянову. Она об удивительном музейном экспонате читала, но думала, что это вымышленная история. И вдруг увидела его по телевизору!

Приводим краткий пересказ ее статьи «Осенний лист имама Шамиля».

фото 2.JPG

Д. Федоров. Портрет Имама Шамиля. 1920-е гг.

В 1938 г. издававшийся в Париже эмигрантский журнал «Кавказ» сообщал, что в одном из музеев Владикавказа (а именно – «Ворошиловском») продолжает сохраняться автограф имама Шамиля, «представляющий из себя сухой лист чинары», на котором черной тушью написано арабской графикой по-чеченски следующее: «Наибу Талхику. Предлагаю тебе завтра быть на условленном месте, где я тебе дам надлежащий ответ. Имам Шамиль». Корреспондент «Кавказа» завершал это сообщение заверением, что «документ этот сохраняется хорошо, листок почти не поврежден, надпись вполне разборчива».

фото 3.jpg

Работая над книгой по истории ислама в Северной Осетии и найдя эту информацию, я пыталась выяснить в первую очередь – существовал ли во Владикавказе ворошиловский музей. Ответ был однозначным: такого музея в городе не было. В книге я написала: «Думается, что многое в этом сообщении является вымышленным, прежде всего – сама легенда листка чинары, продолжавшего почти век хранить надпись, сделанную Шамилем…» И все же красивая легенда «листа чинары» время от времени всплывала в памяти. Через полгода судьба преподнесла мне удивительный подарок. Самым невероятным образом таинственный лист был найден. Он мелькнул на экране в одной из телевизионных передач о музейных экспозициях города Ставрополя.

Что касается сообщения о «Ворошиловском» музее, то эта история оказалась наиболее ясной: с 1930 по 1943 год город Ставрополь носил имя Ворошиловск. «Сухой лист груши с надписью рукой Шамиля» поступил из Музея северокавказских народов в городе Ростове-на-Дону.  

фото 4.jpg

Северокавказский краевой музей горских народов. 1926 – 1930 гг.

Этот музей был организован по инициативе Северокавказского краевого исполнительного комитета в 1926 году, когда Музейным отделом Главнауки в Москве было принято решение об открытии в Ростове-на-Дону Центрального общегорского музея на базе коллекций Государственного Донского музея. Вновь организованному Музею была направлена партия музейных экспонатов из Центрального хранилища Государственного музейного фонда – картины, коллекция ценного кавказского оружия и библиотека из двух тысяч книг по истории Кавказа. Затем Северокавказский крайисполком принял решение о целесообразности слияния с Донским музеем Владикавказского горского музея, чтобы во вновь созданном музее «преобладала линия по изучению культуры горских народов». Вот здесь-то и прослеживается цепочка отождествления в парижской корреспонденции двух музеев – «ворошиловского» и «владикавказского».

И десяти лет не прошло, как в результате районирования Северный Кавказ был разделен на Азово-Черноморский и Северо-Кавказский края. Ростов-на-Дону отошел к Азово-Черноморскому краю. Формально музей теперь должен был относиться к ведению другого региона, и его закрыли. В декабре 1936 года был решен вопрос о судьбе коллекций – экспонаты были доставлены в Ворошиловский музей.

Очередной вопрос, который возник при изучении этой истории, таков: при практически абсолютной идентичности опубликованного парижским изданием перевода надписи с листа, почему же по-разному атрибутируется материал, на котором сделана сама надпись? Из Ростова экспонат пришел в Ставрополь как «лист груши». Но корреспондент «Кавказа» называет его «листом чинары».

Чинар – дерево из рода платановых, широко распространен в Северной Америке и Восточном Средиземноморье, на Кавказе культивировался и встречается в одичалом виде, но его листья кленообразной формы, не похожи на листья груши.

фото 5.jpg

Листья платана – чинара

На Северном Кавказе чинарой называют бук, одну из самых обычных лесных пород. И письмо написано на листе кавказского бука, или чинары. Значит, корреспондент был хорошо знаком с местными реалиями, он, скорее всего, житель Северного Кавказа. Судя по тому, что он был осведомлен о факте перемещения листа из коллекции (о чем свидетельствует ссылка на «ворошиловский музей во Владикавказе»), он либо недавно покинул родину, либо имел постоянные контакты со своими земляками в СССР.

фото 6.JPG

Старые деревья бука, или чинары. г. Стрижамент

фото 7.JPG

Опавшие листья бука

Ни в одной из книг о письмах имама Шамиля не упоминался факт письма на листьях деревьев. В 1997 году дагестанские ученые издали наиболее полное собрание писем Имама, в котором отмечали, что большинство из них писалось на бумаге фабричного производства, нередко – на клочках, размер которых был предельно мал: от 10х15 до 3х5 см.

В письме Шамиль обращается к одному из наибов, связанных с ним родственными узами: Талхик, наиб Аргунский, выдал свою дочь за сына Шамиля Джамалуддина, когда тот вернулся на родину, проведя долгие годы в плену у русских.

фото 8.JPG

В. Шлипнев «Портрет Талхика. Наиб Аргунский». 1926-е гг.

Первая часть письма хорошо сохранилась и легко прочитывается. Дословный перевод: «К наибу Талхику. Будь завтра на месте, которое тебе известно». А дальше несколько слов, которые написаны так, что их трудно прочитать. Наиболее близким по виду кажется текст: «Мы совершим новое нападение на врагов». В письме не соблюдены правила арабской грамматики, но, может быть, тот, кто писал его, торопился и спешил передать в нескольких словах основной смысл приближающегося события? Далее надпись, которая сохранилась четко и читается легко: «Это от имама Шамиля». Какова точная дата написания письма? На этот вопрос трудно ответить. На кончике письма в скобках просматриваются цифры 1 и 2, но дальше в этом месте лист поврежден. Да и вряд ли здесь был бы указан год – скорее всего, день и месяц. Может быть, письмо к Талхику написано незадолго до пленения Шамиля.


С полным текстом статьи можно ознакомиться здесь. 

Возврат к списку

Яндекс.Метрика

2017 © Ставропольский государственный историко-культурный и природно-ландшафтный музей-заповедник
им. Г.Н. Прозрителева и Г.К. Праве